В соответствии с ч. 1 ст. 73 УПК РФ доказыванию подлежат событие преступление, а также виновность лица в его совершении. Примечанием к ст. 158 УК РФ определено, что обвинение в мошенничестве предполагает установление корыстной цели, обращение имущества в пользу виновного или других лиц, а также ущерб собственнику. В процессе доказывания этих важнейших обстоятельства нередко возникает необходимость установления стоимости похищенного имущества, что предопределяет необходимость назначения таких разновидностей экспертиз, как бухгалтерская и товароведческая
Автор: Смахтин Е. В.
В соответствии с ч. 1 ст. 73 УПК РФ доказыванию подлежат событие преступление, а также виновность лица в его совершении. Примечанием к ст. 158 УК РФ определено, что обвинение в мошенничестве предполагает установление корыстной цели, обращение имущества в пользу виновного или других лиц, а также ущерб собственнику. В процессе доказывания этих важнейших обстоятельства нередко возникает необходимость установления стоимости похищенного имущества, что предопределяет необходимость назначения таких разновидностей экспертиз, как бухгалтерская и товароведческая. На эти обстоятельства, в частности, обращено внимание в п. 30 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» [1].
В п. 4 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации «О судебной экспертизе по уголовным делам» прямо указано, что судам следует иметь в виду, что вопросы, поставленные перед экспертом , и заключение по ним не могут выходить за пределы его специальных познаний. [2]
Специальные познания, которыми должен обладать эксперт, обусловлены его компетенцией в вопросах, по которым назначена экспертиза. Е. Р. Россинская выделяет объективную и субъективную компетенции эксперта. [3] Применительно к рассматриваемым в статье экспертизам, заслуживает внимания точка зрения А. А. Савицкого о том, что эксперт может провести исследование и по вопросам перед ним не поставленным, но имеющим отношение к предмету исследования. В тоже время эксперт вправе отказаться от дачи заключения по вопросам, выходящим за пределы его специальных познаний, а также в случаях, если предоставленные ему материалы недостаточны для дачи заключения. [4]
По мнению автора статьи, анализ уголовно-процессуального законодательства и разъяснений Высших судебных инстанций свидетельствует о том, что эксперт не только вправе отказаться от дачи заключения по вопросам, выходящим за рамки предмета исследования и его специальных познаний, но и обязан это сделать.
Однако на практике это происходит далеко не всегда. Приведем пример.
По уголовному делу № 11902710040000003 (суд. № 1-6/2022) сотрудники УЭБ и ПК УМВД России по Тюменской области обвинялись в том, что, действуя в рамках оперативно-профилактического мероприятия «Алкоголь», незаконно изъяли у потерпевших алкогольную и иную продукцию, которую в последующем похитили. Стоимость похищенного имущества была определена следствием на основании справок, предоставленных потерпевшими, а в удовлетворении ходатайств защиты о назначении бухгалтерской экспертизы, отказано. В последующем, для установления точной суммы ущерба судом обоснованно назначены бухгалтерская и товароведческая экспертизы.
Однако бухгалтерская экспертиза не была проведена, а по ее результатам эксперт пришёл к выводу о невозможности ответить на поставленные перед ним вопросы о количестве приобретённого и реализованного потерпевшими товара, т. е. достоверно установить размер причинённого ущерба не представилось возможным. В уголовном деле имеется Акт о невозможности дачи заключения № 58-б от 23. 03. 2021 г., который исследовался и судом установлено, что провести экспертизу невозможно, в связи с отсутствием первичных бухгалтерских документов, сопроводительной документации и т. д. Полагаем, что в данном случае эксперт поступил обоснованно, поскольку отсутствие у потерпевших документов на изъятую алкогольную продукцию исключало возможность подготовки заключения, соответствующего требованиям законодательства, регламентирующего порядок производства судебных экспертиз.
Производство товароведческой экспертизы было поручено негосударственному экспертному учреждению, а само исследование проведено с нарушениями, как действующего уголовно-процессуального законодательства, так и федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Так, согласно ст. 204 УПК РФ в заключении эксперта обязательно указываются объекты исследований и материалы, представленные для производства судебной экспертизы, а также содержание и результаты исследований с указанием примененных методик.
В заключении судебной товароведческой экспертизы № 187/03/00078 от 10 марта 2021 г., которое суд положил в основу всех своих выводов о сумме ущерба, указано, что в качестве объектов исследования экспертом взяты аналоги объектов оценки, сходные по основным показателям. В п. 10. 3. заключения также указано, что эксперт осуществил поиск информации в сети интернет объектов-аналогов. В качестве методик эксперт определил методики, регламентирующие порядок проведения экспертиз в подразделениях Торгово-промышленной палаты Российской Федерации, негосударственной экспертной организации, а основным нормативным правовым актом, используемым при производстве экспертизы, назван приказ от 20. 05. 2015 № 297 «Об утверждении Федерального стандарта оценки «Общие понятия оценки, подходы и требования к проведению оценки» (п. 9 заключения).
То есть, эксперт вышел за рамки Постановления суда, который назначил именно товароведческую экспертизу, самостоятельно определил иной предмет и объекты экспертизы, проведя оценочную экспертизу аналогов объектов оценки. Полагаем, что в данном случае эксперт должен был действовать именно в рамках предмета и объекта назначенной судом товароведческой экспертизы, а в случае невозможности ее производства сообщить суду об этом, что сделано не было.
В последующем, суд в основу приговора положил заключение эксперта , которое являлось недопустимым доказательством, поскольку товароведческая экспертиза проведена не с конкретными объектами, имеющими отношение к расследуемому делу, а в нарушение ст. 204 УПК РФ с объектами - аналогами. Представляется, что отсутствие работы с реальными объектами, исключает производство товароведческой экспертизы. Эти обстоятельства нашли свое отражение в Заключении специалиста № RU-00196, который был допрошен в судебном заседании и показал, что эксперт не вправе был производить и оценочную деятельность, так как не являлся надлежащим субъектом, обладающим познаниями в области оценки.
Так, в заключении эксперта отсутствует информация о членстве эксперта в СРО как оценщика, наличии квалификационных аттестатов, страховании гражданской ответственности оценщика. Выводы по поставленным перед экспертом вопросам не обоснованы. В нарушение Федерального закона от 31. 05. 2001 N 73-ФЗ (ред. от 08. 03. 2015) «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (ст. 16), не поводилось полное исследование объектов и материалов дела, что исключало возможность подготовки объективного заключения по поставленным вопросам.
Отмеченные обстоятельства подтверждаются и общедоступными сведениями на официальном сайте Федерального центра судебной экспертизы при Министерстве юстиции Российской Федерации, который является головным государственным экспертным учреждением по основным видам рассматриваемых судебных экспертиз.
В частности, судебная товароведческая экспертиза – исследование, проводимое в соответствии с процессуальным законом, лицами, сведущими в области судебной экспертизы и науки товароведения. Такие исследования содержат фактические данные, свидетельствующие о товарных характеристиках изделий, фактическом состоянии объектов. То есть, предмет товароведческой экспертизы – это фактические данные, установленные в результате исследования объектов товарного происхождения [5]. Речь идет об установлении стоимости конкретных, индивидуально определенных товаров, которые и выступают объектами такой экспертизы. Следовательно, товароведческая экспертиза могла быть проведена только с конкретными алкогольными и иными товарами, позволяющими эксперту определить их конкретную стоимость, которые в распоряжение эксперта предоставлены не были, в связи с их отсутствием, а также отсутствием первичных документов на товар.
Несмотря на существенные нарушения уголовно-процессуального закона, связанные с процедурой доказывания при производстве экспертиз, суд положительно оценил заключение именно «товароведческой» экспертизы. А к заключению специалиста № RU-00196 и его показаниям в суде, отнесся критически, хотя его позиция совпала с мнением экспертов, изложенным ранее в Акте о невозможности дачи бухгалтерского заключения №58-б от 22. 03. 2021.
Далее суд, со ссылкой на совокупность исследованных доказательств , признал подсудимых виновными и взыскал с них стоимость алкогольных и иных товаров солидарно. Изучение приговора показало, что единственным доказательством о сумме ущерба, положенным в основу судебного решения, являлось заключение «товароведческой» экспертизы. [6]
Приведенный пример наглядно свидетельствует о том, что неверная оценка судом доказательства-заключения эксперта может оказать существенное влияние на итоговое решение по уголовному делу.
Краткий анализ процедуры производства двух экспертиз по конкретному уголовному делу , позволяет сформулировать выводы, касающиеся проблем формирования этого вида доказательств.
- Недопустимо производство бухгалтерской и товароведческой экспертиз по объектам - аналогам. Определить сумму ущерба возможно только на основании первичных бухгалтерских документов и документов на товар.
- Товароведческая экспертиза не может выступать аналогом оценочной и бухгалтерской экспертиз, подменять их, так как все перечисленные виды экспертиз имеют разные предмет и объекты исследований. Сумма ущерба, установленная на основании исследования объектов-аналогов в сети интернет, не является бесспорной и точной.
- В ходе производства бухгалтерской, товароведческой и иных экспертиз недопустим выход за пределы предмета исследования, поставленных вопросов и компетенции эксперта.
- Произвольная интерпретация выводов бухгалтерской и товароведческих экспертиз ведет к неверной оценке судом фактических обстоятельств уголовного дела, вынесению незаконного и необоснованного приговора.
Источники и литература
- Российская газета. № 280. 11. 12. 2017.
- Российская газета. № 296. 30. 12. 2010.
- Экспертиза в уголовном судопроизводстве: учебник для бакалавров /под ред. Е. Р. Россинской. М.: Проспект, 2019. С. 75.
- Савицкий А. А. Правовой статус эксперта судебной экономической экспертизы в уголовном судопроизводстве России // Евразийская адвокатура. № 2 (51). 2021. С. 76-79.
- Федеральное бюджетное учреждение «Федеральный центр судебной экспертизы при Министерстве юстиции Российской Федерации». Официальный сайт: www: sudexpert. ru.
- Уголовное дело № 11902710040000003 (суд. № 1-6/2022). Калининский районный суд г. Тюмени.
Опубликовано:Теория и практика судебной экспертизы в современных условиях. материалы IX Международной научно-практической конференции. Москва, 2023. С. 314-317.
